• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Евгений Куценко: «Умным регионам можно быть только в единой системе координат»

Руководитель Российской кластерной обсерватории ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Евгений Куценко поделился на своей странице в Facebook впечатлениями от поездки на конференцию Ассоциации региональных исследований (5—7 июня 2019, Сантьяго-де-Компостела, Испания) и отметил наиболее интересные темы и доклады. 

Евгений Куценко представил совместный с Валерией Власовой доклад "Cluster Subsidizing in Russia: The Role of Reputation". Также в конференции приняла участие Екатерина Стрельцова с докладом "The Technological Capabilities of Cities: A Patent-based Approach and the Implications for Evidence-based Policy-making", подготовленным вместе с Глебом Кузьминым.

Программа конференции

Далее приводим целиком пост из фейсбука Евгения:

Евгений Куценко

Очередная глобальная конференция Ассоциации региональных исследований (Regional Research Association, RSA) прошла на прошлой неделе в испанском Сантьяго-де-Компостела. Традиционно повестка состояла из двух треков, не всегда, впрочем, явно разделенных — политического и научного.

Что важного в региональной политике?

В политике главной темой стало развитие приграничного сотрудничества между регионами, прежде всего, в контексте Европейского союза, органы управления которого в наибольшей степени озабочены «стиранием» национальных границ. Не в последнюю очередь выбор темы связан с приграничным статусом Галисии, столицей которой как раз является Сантьяго-де-Компостела. Сразу несколько пленарных заседаний были посвящены этой теме. Отмечу, что в ЕС уже продолжительное время реализуются специальные финансовые меры поддержки такого вида сотрудничества; помимо них Еврокомиссия заказывает большое количество аналитики, результаты которой воплощаются в множестве докладов и научных работ (полезных далеко не только европейским чиновникам). При этом у Еврокомиссии есть желание усиливать именно нефинансовую поддержку, в частности, формировать общую систему сервисов, объединяющих приграничные регионы. Полной неожиданностью для меня стала инициатива о предоставлении возможности организациям в приграничных регионах пользоваться законодательством граничащих с ними стран. Это же ровным образом условия Международного медицинского кластера (ММК) и технологических долин (ИНТЦ). С поправкой на то, что в ММК могут применятся режимы любой из стран ОЭСР, из которой приходит клиника. Так как клиник будет много, то территория станет уникальным в мире полигоном для отработки различных стандартов и протоколов. В ИНТЦ же пока предусмотрена возможность применения режимов только стран ЕАЭС, что, как оказалось, очень близко к логике инициативы Европейской комиссии. Почему бы и нам не продвигать эту тему в приоритетном порядке именно для приграничных регионов? А граничащим с нами странам-партнерам по ЕАЭС не предложить аналогичную возможность для своих компаний?

Выступление коллеги из Галисии — региона, где проходила конференция, граничащего с Португалией, позволило взглянуть на проблематику с другой стороны. В результате мощной и продолжительной поддержки Европейской комиссии приграничных проектов сотрудничество между регионами разных стран в ряде случаев стало доминировать над сотрудничеством внутренним. Чиновникам, бизнесменам и университетам Галисии выгоднее сотрудничать с приграничным португальским регионом, чем с граничащей на востоке Кастилией. Особенно эта ситуация внутренней разобщенности характерна для стран с высокой степенью региональной децентрализации, к которым в полной мере относят Испанию. Предложением автора доклада стало введение специальных инструментов стимулирования межрегиональных проектов на национальном уровне. Собственно, то же самое мы предлагали и для России.

Второй по популярности политической темой стала умная специализация. Данное словосочетание уже много лет — первое, что приходит на ум, когда мы говорим про европейские регионы в контексте инноваций. Наиболее интересными для меня стали доклады, критикующие или иронизирующие над применением этой концепции; что тут скажешь — нет такой хорошей идеи, которую нельзя испортить плохой реализацией. Если не у всех, то у кого-то всегда получится «отличиться» (и тут же начнется дискуссия, что идея была плоха). Помнится, мы доказывали, что умная специализация — это не столько характеристика качества региональной стратегии, сколько параметр всей системы. Умным можно быть только в единой системе координат выявления, доказательства, подтверждения уникальности стратегического решения. Следовательно, важна ведущая позиция национальных / наднациональных властей, внятная вплоть до оцифровки методология, сильная организационная и экспертная поддержка. Как следует из одного из докладов конференции, в котором анализировались сотни регионов и их приоритетов (44 слайда с цифрами, таблицами и графиками), в Европе пока эта рамка в полной мере не выдерживается, несмотря на наличие специализированного центра — платформы по умной специализации: регионы по-прежнему продуцируют большое количество одинаковых приоритетов, идея peer-review стратегий, которая так мне понравилась, в большей степени остается на бумаге. Боюсь, что как бы наша изначальная удивляющая жесткость подхода (утверждение отраслей специализации по каждому региону в Стратегии пространственного развития Российской Федерации) потом не компенсировалась необязательностью и непоследовательностью в плане его интеграции с региональными проектами и мерами поддержки.

Среди других показавшихся мне интересными докладов: организационные решения региональных и городских властей по созданию новых отраслей (разные кейсы: искусственный интеллект в Монреале, беспилотники в Галисии, офшорная мехатроника в Норвегии, интернет вещей в Тулузе); детальное изучение практик финансирования НИОКР городскими властями в Японии (!!! — даже настолько централизованные страны всерьез занимаются децентрализацией), в рамках которого была проанализирована 151 программа субсидий в 131 городе; развитие креативных индустрий; оценка туристического сектора как фактора устойчивости региона к кризисным шокам.
Сразу несколько сквозных сессий было посвящено rural regions, то есть отстающим, слабым регионам (не обязательно сельскохозяйственным, скорее, слабоурбанизированным): в их контексте изучались возможности инновационного развития и меры инновационной политики, практики реализации умной специализации, вопросы реагирования на процессы цифровизации, программируемое (как у нас его называют) «сжатие» городов.

Любопытные исследования

Исследовательская повестка во многом была сформирована докладами, в основе которых лежат нестандартные данные. Прежде всего (и это главный предмет моей зависти), речь идет о данных по предприятиям, которые с той или иной степенью анонимизации (в зависимости от национального законодательства) доступны во многих странах. На конференции были представлены работы по Германии, Англии (Лондону), Франции, Швейцарии, Норвегии, Японии. В ряде случаев это административные данные, которые не публичны, но с определенными оговорками доступны для исследований. Их все больше, и они дают совершенно другие возможности для исследований, в том числе пространственных. 

Конкретными примерами являются исследования приграничных территорий (в одном из докладов автор выделил такие территории не согласно административным границам, а по расстоянию: 30, 60 и 90 минут, за которые можно добраться до границы) или городов (картирование предприятий по видам деятельности).

Другая ветка таких исследований связана с анализом больших данных из социальных сетей и платформ, таких как LinkedIn, Twitter и AirB&B. Согласитесь, здорово выявлять связи между организациями на основе изучения последовательности мест работ их сотрудников в профилях LinkedIn!

Еще один пример использования уникальных данных как исследовательских преимуществ представила Мерседес Дельгадо — соавтор Майкла Портера в его количественных исследованиях торгуемых отраслей, в частности кластеров. Преимуществами американцев являются продвинутый отраслевой классификатор (NAICS), доступность данных (а также людей, которые их производят) о самой диверсифицированной и развитой экономике в мире (которая используется как модель для изучения связей между отраслями), наличие данных межотраслевого баланса. Именно последний лег в основу новой исследовательской повестки Мерседес, которую она амбициозно назвала «Экономика цепочек поставщиков» (supply chain economy). Не углубляясь в ее исследование (тем более оно постепенно публикуется) отмечу ключевую идею — важно поддерживать и развивать отрасли, относящиеся к цепочке поставщиков. Как промышленные, так и сервисные. Причем последние — даже больше, так как они начинают играть ключевую роль в конкурентоспособности конечных производителей (блокчейн, ИИ, облачные сервисы и пр.). Мерседес выявила такие отрасли и показала их решающий вклад в экономику США (занятость — 43%, заработная плата — $65,8 тыс долл. против $38,8 в отраслях B2C, доля сотрудников с образованием в сфере STEM — 10,7% против 1,9%, доля в патентных заявках — 87%). Обязательно сделаем соответствующие расчеты и по России. Дополним уже имеющееся у нас оценки по торгуемым отраслям и кластерам, которые мы сделали в более продвинутом варианте методологии от Европейской кластерной обсерватории (кому интересно, смотрите нашу статью в майских «Вопросах экономики», где мы сравниваем наши результаты с отраслями специализации, утвержденными в Стратегии пространственного развития России).

Патенты — один из немногих источников данных (пожалуй, еще только публикации), по которым информация доступна по отдельным организациям и физическим лицам во многих странах мира, в том числе и России. Поэтому место в международной региональной исследовательской повестке незыблемо. И тем более приятно, что возможностью анализировать эти данные по России воспользовался наш Институт в лице Екатерины Стрельцовой. Ее исследование по технологической специализации российских городов, надеюсь, уже в скором времени будет опубликовано и станет доступным для широкого обсуждения.

На другом спектре презентованных на конференции исследований лежит интеграция региональных исследований и экономической истории. Оказалось, что людей, интересующихся одновременно историей и регионами, довольно много. И признаюсь, что я среди них. В рамках RSA работает группа ученых из разных стран над темой с рабочим названием new regional history, которая на самом деле представляет собой смесь истории, социологии (интервью), региональной науки (экономический фокус, поиск закономерностей, выявление типологий), государственного управления (оценка политики, выработка рекомендаций).

Междисциплинарное изучение регионов (или кластеров, как вариант) в формате «вызов — ответ», с обобщениями и политическими рекомендациями было бы востребовано и в России, причем сразу несколькими группами: студентами, исследователями, лицами, реализующими меры политики. Но тут важно не свести все к поверхностным «лучшим практикам» на злобу дня. Требуется основательная методология. С обязательной публикацией результатов на английском языке. Жаль, что вплоть до настоящего времени регионы России для большинства зарубежных исследователей и практиков — настоящая terra incognita. Но преодолевать это можно лишь предлагая релевантные международной повестке сюжеты и решения, которые могут быть реализованы в разных странах мира. Кому интересно научное партнерство в этой сфере — пишите нам в РКО, будем думать, как реализовать эту идею на практике.

Среди других интересных тем конференции: влияние диверсификации на экономический рост в регионах, изучение университетов и крупных корпораций в контексте развития регионов, взаимодействия с МСП и поставщиками (в частности было сразу три доклада, посвященных аэрокосмической отрасли)… всего и не расскажешь. Надо участвовать.

P.S. Очень рад, что удалось побывать в Сантьяго-де-Компостела — древнее место христианского (католического, хотя, Апостол Иаков Зеведеев, понятное дело, общий святой) паломничества, которое, что мне было неожиданно, более чем интенсивно продолжается и в наши дни. Город наводнен паломниками, которые по нынешним правилам должны пройти не менее 100 км пешком или 200 — проехать на велосипеде. Богатое средневековое прошлое и неучастие Испании во Второй мировой войне оставили нам красивейший старый город, целиком объявленный наследием ЮНЕСКО. А еще Сантьяго-де-Компостела — студенческий город, в котором располагается огромный (в сравнении с размерами города) университет. Горы, прохлада, дожди, красивая архитектура и морепродукты, паломники и студенты, — рад, что представилась возможность тебя посетить, Сантьяго!

Источник: Facebook Евгения Куценко